В семье Худи, проживающей в Ямальской тундре, воспитывалось восемь детей: три мальчика и пять девочек.
Зоя Егоровна родилась 15 января 1942 года. В военное и послевоенное время ее отец работал оленеводом, мать же занималась в чуме домашним хозяйством: «Тогда в каждой тундровой семье мужчины были добытчиками, а женщины – хранительницами домашнего очага. Мужья, в основном, занимались выпасом оленей, ловлей рыбы, а также промышляли охотой. Наша семья не была исключением. Отец работал пастухом, мать ухаживала за детьми, наводила порядок в чуме, готовила еду. Мы никогда не голодали, хотя у нас была многодетная семья. Раньше в ненецких семьях воспитывалось до десяти детей, а то и больше, сегодня же люди боятся обзаводиться таким количеством ребятишек, так как, по их словам, тяжёлое время. Мои родители трудностей никогда не боялись. Они были трудолюбивыми людьми: просыпались рано, спать ложились поздно. Всегда находилось какое-то дело. Мама шила нам одежду, потом научила этому искусству и меня. Я была неусидчивым ребёнком, а шить ягушку или малицу – кропотливое занятие. Таким образом мама приучала меня быть терпеливой. Я ей за это очень благодарна».
По словам Зои Егоровны, в годы ее детства в тундре трудностей особо не ощущалось, так как мясо оленя было всегда, также отец охотился на зайцев и песцов. Он был не только охотником, но и рыболовом. Отец очень часто приносил с охоты гусей и уток, Зоя Егоровна их разделывала, помогала варить суп: «Бывало, папа принесёт шесть или семь тушек диких уток, а их нужно разделать. Вот и сидишь – пыхтишь вместе с мамой. Конечно, это занятие мне не особо нравилось, но куда деваться? Семья большая, нужно было помогать. Помимо того, что я разделывала тушки диких животных и птиц, мама научила меня готовить суп. Это я делала с большим удовольствием. Когда варила суп, чувствовала себя взрослой. Вечером вся семья собиралась за обеденным столом, и члены семьи оценивали мои кулинарные способности».
На мой вопрос: тяжело, наверное, приходилось жить Вашей семье в военное время? – моя собеседница ответила: «В 1941 году началась Великая Отечественная война, а я родилась через год. Конечно, я не помню, как мы жили в военное время. Но из рассказов моей мамы могу достоверно сказать, что в еде не испытывали недостатка. На столе всегда были мясо и рыба. А это самое главное. Да, мы не видели хлеб месяцами, также не ели сладкого. Ограничивались сбором ягод в летний период: ели их в свежем виде. Одежда тоже у нас была. Мама шила малицы и ягушки всем членам семьи.
День Победы в нашей семье считался и сейчас считается великим праздником. В этот день мама старалась накрыть праздничный стол. Я тогда ещё не понимала, что это за торжества. Сейчас же считаю 9 мая новым рождением народа нашей страны».
В военное и послевоенное время был дефицит хлеба. Как правило, жители тундры варили суп, мясо, рыбу. Зачастую мясные продукты употребляли сырыми в пищу, обмакивая в оленью кровь. Это считалось лакомством. К тому же, кровь содержит большое количество витаминов.
Следует отметить, что в военное время семья Худи добровольно пожертвовала колхозу сто двадцать оленей для нужд фронта: «Тогда люди помогали военнослужащим, чем могли: кто-то одеждой, кто-то продуктами. Мой папа решил помочь фронту мясом. Они с мамой обсудили, какое количество оленей могут предложить колхозу, чтобы не нанести ущерб семье. Совместно приняли решение, что пожертвуют сто двадцать голов. Моим родителям была объявлена благодарность за помощь фронту».
Тогда в чуме печки не было, разжигали костёр посередине жилища. С керосином тоже был дефицит, выручал дневной солнечный свет: «По вечерам родители зажигали керосиновую лампу для того, чтобы закончить работу по дому. Но, к сожалению, керосин быстро заканчивался, а достать его было слишком тяжело. Поэтому зачастую мама выполняла максимальное количество работы в дневное время при солнечном свете».
Зоя Егоровна закончила три класса Ярсалинской школы-интерната, потом родители забрали её в тундру, так как необходимо было заниматься домашним хозяйством: «Конечно, я очень сожалею о том, что мне не пришлось закончить школу. Так бы получила хорошее образование. Но помогать родителям тоже нужно было. Главное, что я научилась писать и читать. Эти навыки мне пригодились в жизни».
В детстве у девочки было много развлечений: зимой лепили снеговиков и оленей, летом собирали различные цветные камешки, шили гардероб для национальной куклы нгухуко. Когда родители кочевали, Зоя Егоровна помогала им в установке чума. Снегоходов в военное и послевоенное время у тундровиков не было, запрягали оленей в упряжку: «Мама нас постепенно учила искусству кройки и шитья. Вначале мы шили наряды для своих кукол, а потом уже начали шить для себя национальную одежду. Мы часто каслали по тундре в поисках пропитания для оленей. Помню, как вместе с родителями я разбирала чум. Потом мы запрягали оленей в упряжку и направлялись к новому месту жительства. Я даже сама управляла! Было очень интересно».
В тундре Зоя Егоровна прожила до шестидесяти лет. С 2002 года — в Панаевске. Семнадцать лет назад решила обосноваться в посёлке, так как квартира мужа перешла к ней по наследству: «Смена места жительства — для меня вопрос серьёзный. Я долго не хотела принимать решения переехать в село, так как тундра – самое родное для меня место. Я привыкла быть свободным человеком, а не ограничиваться пространством комнаты. Тяжело привыкала к поселковой жизни. Сейчас осознаю, что в Панаевске жить легче, чем в тундре. Не встаёт вопрос о том, что нужно каслать. Я веду оседлый образ жизни. Меня окружают дети и внуки».
В браке Зоя Егоровна состояла дважды. У неё родилось шестеро детей: одна девочка и пять мальчиков. Сейчас дети – взрослые люди, пятеро из них живут в посёлке, один – в тундре. Она счастливая бабушка и прабабушка: «Для счастья мне многого не нужно, лишь бы дети и внуки были здоровыми. Мы часто собираемся за одним столом, обсуждаем насущные проблемы. Мои дети мне всегда и во всём помогают. Для меня это очень важно».
По словам Зои Егоровны, её первый муж Лаптандер Тэмни Яптакович был оленеводом, жил в тундре в течение многих лет. Был избран депутатом Верховного Совета СССР. Часто ездил в командировки по работе в Тюмень. Через несколько лет тяжело заболел, его положили в больницу, домой он больше не вернулся.
На сегодняшний день в Панаевске есть улица, которая носит название Лаптандера Тэмни: «Мой муж был выдающимся человеком, жаль, что рано ушёл из жизни. Он всегда помогал людям, стремился улучшить жизнь в Панаевске. Часто говорил, что в этом селе жить его детям и внукам, поэтому нужно приложить максимум усилий для того, чтобы Панаевск развивался».
Зоя Егоровна относится к категории последних свидетелей войны. Память об этом событии жива в её сердце, и она рассказывает о военном времени своим детям и внукам. Значит, память будет жить в сердцах молодого поколения ещё много лет.
Ольга Романова, корреспондент газеты «Время Ямала»
