Бабушка Софья, помнит, родители её жили на самом краю полуострова Ямал. Дальше на север через пролив находится остров Белый, куда женщинам вход запрещён. Несмотря на преклонный возраст, события прошлых лет, Софья Хатяковна помнит, как вчерашний день
У неё нет свидетельства о рождении, как и у большинства людей тех времён. Примерной датой рождения записано 15 июля 1940 г. О непростом детстве в послевоенные годы и жизненном пути поведала нам Софья Вэнго – «дитя войны».
– Справа от нашего стойбища за рекой находилась фактория Дровяная. Всё детство прошло на берегу Карского моря. В хорошую погоду Сэр’ Ӈо бывает видно. Однажды, я помню, жителей тундры увезли на корабле. Наш чум остался стоять один. Как потом оказалось, их увезли в Яр-Сале, в Новый Порт. В те годы у тундровиков не стало оленей, поэтому их увезли на работы для фронта. Людей собрали на фактории и оттуда посадили на корабль. Был гололёд. Оставшихся оленей «луца» просто так забрали. У моих родителей тоже часть оленей увели. На оставшихся они продолжали возить продукты, лопаты, капканы и другие товары с Дровяного в Тамбей. Вот с тех моментов я помню. Каслали мы ночью, точнее рано утром. Очень хотелось спать, взрослые собирали чум, запрягали оленей. Только я научилась водить упряжь, как забрали меня учиться в школу в Тамбей. Но вскоре нас перестали возить, потому что были сложности с доставкой и продуктами питания. Старшие ребята начали устраивать бунт из-за того, что не было продуктов и самое главное, хлеба. Жарили лепёшки, а вместо масло ели жир тюленя, которым делились местные рыбаки. Сколько было мне лет, точно не помню. Учась в школе, мы носили воду, таскали дрова и уголь, топили печь, сами себе варили еду. Воду мы возили в больших бочках. Загружали их на нарту и тащили толпой. Так мы помогали нашим учителям. В последние годы директором была Лидия Прокопьевна Симакова, – вспоминает Софья Вэнго, жительница с. Сеяха.
Жительница побережья Карского моря проучилась в Тамбейской школе 4 года вместе с подготовительным годом. Окончив четырёхлетку, детей попросили не приезжать в школу, а пойти работать. Юная Софья, прожив крайний год в родительском чуме, пошла работать. Так девушка стала рыбачкой. А родители были охотниками. Они выполняли план добычи песца. Если попадалась нерпа, то сдавали и её. Взрослые перевыполняли свой план, сдавали в двойном размере добычу.
– Одну зиму я прожила у родителей в сознательном возрасте после школы. А весной того года нас согнали, как оленей в Сеяху. Дед Хакы был, он собирал подростков и женщин. А мужчин оставили добывать песца. Привезли нас в посёлок незадолго до ледохода. Мы рыбачили в устье реки Сеяха. У нас было две бригады. Половина наших увезли на другую сторону Обской губы, в посёлок Антипаюта. Ещё некоторых повезли в Новый Порт. Там они тоже рыбачили. Мы долбили лунки на губе толщиной в пешню, ставили сети, надо было успевать, потому что потом рыбы не будет. Добытую рыбу мы закатывали в ящики и на своих же плечах таскали в мерзлотник. Как только рыба переставала ловиться, нас отправляли работать в посёлке. Одни таскали уголь, кирпичи, другие пилили поленья для школы, каждому находилась работа. Летом, когда приезжали корабли, мы вновь тащили эти ящики уже на плашкоут, сдавали. Женщины, у которых были младенцы, тоже работали. Дети ждали матерей на берегу, двухлетний приглядывал за малышом, который сидел всё это время в люльке, – рассказывает «дитя войны».
Большая половина жизни у Софьи Хатяковны прошла на рыбалке. Так, с наступлением осени, вновь отправлялись бригады на добычу «живого серебра». Одна часть рыбаков направилась в сторону реки Сэр”яха на моторных лодках, другие рыбачили в реке Ясавэй. Софья Вэнго вместе с бригадой только веёслили по Ясавэй.
– В одной лодке 6 человек с вёслами сидят, а в бригаде было много народу, ехало несколько лодок. Сети, которыми рыбачили осенью были длиной 100 метров. Края невода держали по обе стороны реки и тащили. Были времена, когда рыба не ловилась, даже бывало рыбакам на пропитание не было, – вспоминает рыбачка.
После весенней рыбалки, летом, женщины и дети ходили на сенокос. Сейчас за кладбищем есть речка, когда-то там было озеро, которое высохло и там стало много травы. Её и косили для лошадей.
Многие жители края полуострова Ямал, тех кого увезли в годы Великой Отечественной войны на работы, так остались жить в тех поселениях, куда их привезли. Поэтому даже сейчас, многие находят родственников в Яр-Сале, Новом Порту. Некоторые вернулись в Сеяху. В семье у Софьи было две сестры и брат.
– Однажды весной отец вновь привёз меня с соседской девочкой в посёлок, чтобы осенью приступить к рыбалке. По пути мы заехали в чум к знакомым в районе Вэнуево. Я с отцом ночевала у Вани Яунгад. Напарница пошла в чум к бабушке Няӈота хадаи. Утром вновь поехали дальше в посёлок. По пути мы остановились, чтобы олени отдохнули от дороги. Отец говорит нам: «Осенью, как только выпадет первый снег, вас вновь отправят рыбачить. В это время приедут тундровики, езжайте с ними.» Так я и сделала, поехала с ними и вышла замуж за жителя реки Вэнуево. В тот год в семьях у наших знакомых родились Соня Сэрпиво, Малне Окотэтто и Андрей, теперь уже покойный. Прожила с мужем двадцать лет. Он тоже был рыбаком, уезжал на промысел весной, возвращался осенью перед зимой. Мы с его мамой целые дни коротали вдвоём. Муж ушёл в мир иной рано, по болезни, – рассказывает Софья Хатяковна.
Своих детей с мужем у неё не было. Беременность была, но последствия тяжёлого труда на холоде дали о себе знать. Малыш прожил всего три дня. По стечению обстоятельств, как не стало супруга, героиня нашего рассказа была вынуждена вернуться в отчий дом уже взрослым человеком. Она стала помогать родителям и семье брата. Так прошло несколько лет в тундре. И вновь последствия работы в ледяной воде вылились осложнениями в лёгких. Так Софья была вынуждена пройти не один год лечения в г. Лабытнанги и Яр-Сале. Сегодня «дитя войны» живёт в Сеяхе. Находится под наблюдением социального работника. Оксана Васильевна навещает свою подопечную по графику. В гости к бабушке заходят внуки, дети брата и их дети. Всё свободное время Софья Вэнго шьёт национальную одежду на заказ. За работой женщина вспоминает былые времена. Сожалеть не о чем, всё что было, случилось. Сеяхинка внесла свой неоценимый вклад в развитие и становление родного края на благо страны и будущее родных.
Антонина Серасхова
