Листая старые газетные подшивки 1971 года, в номере 17 от 24 февраля мы находим статью о нашем земляке, прошедшем все тяготы Великой Отечественной войны.
К сожалению, архивы сохранили не всё. Специалисты по поиску до сих пор ведут кропотливую работу, собирая по крупицам данные о тех, кто ушёл на фронт и вернулся – или не вернулся – домой. Одним из тех, чья история осталась на газетных страницах, стал Анатолий Яковлевич Аксёнов.
«Война не для девятнадцатилетних. Им бы рассветы встречать, да будить лирическими песнями зоревую даль.
Два друга – счетоводы колхоза «Харп» Анатолий Аксёнов и Сергей Раенбаков – любили встречать восход солнца на Большой Юмбе, любоваться красотой тундры, зеркальной гладью озёр. Кто знает, куда бы завели жизненные пути ярсалинских ребят, если бы не война? Дороги её круты и опасны. Страшны они ещё и тем, что не щадят человеческих жизней.
Колхозный счетовод Василий Енабаев, уходя на фронт, наказывал: – Вы, ребята, не спешите в расчётах – цифры любят внимание. Спокойно работайте, а я на фронте займусь другой арифметикой…
В 1942 году к ярсалинской пристани пришвартовался колёсный пароход «Чкалов». Много женских и девичьих слёз было пролито в тот день – ярсалинцы провожали своих отцов и братьев. Был среди них и 19-летний Толя Аксёнов. Мать – Мария Селиверстовна – прощаясь с сыном, просила его:
– Береги себя, сыночек. Держись поближе к старикам: они научат тебя и помогут в трудную минуту. Да и сам гляди, не робей, поди стрелять умеешь…
В Ступино сибиряки влились во вторую воздушно-десантную бригаду. Помня материнский наказ, Анатолий Аксёнов жадно слушал рассказы бывалых солдат о боях, о зверстве немцев. Командир бригады Василенко при знакомстве с пополнением сказал: – Отныне вы десантники, а это значит, что драться с немцами должны беспощадно, бесстрашно…»
Вот как Анатолий Яковлевич вспоминал тот первый бой:
«Вечером подвезли нам боеприпасы. Каждому выдали по две ручные и по две противотанковые гранаты и бутылки с горючей смесью. Было ясно, что ожи-дается большой бой. Наша бригада занимала неудобную позицию: впереди на высоте находились немцы, сзади виднелись дома окраины Орджоникидзе. Василенко, видя такую неудобную позицию, решил до наступления немцев начать контратаку. Разведчики доложили, что на нашем участке немцы окапывают танки. Враг хотел закрепиться на высоте. На рассвете Василенко повёл нас в бой. Немцы не ожидали атаки. Они опомнились, когда до их окопов оставалось метров 200–250. Стрелять немцы начали беспорядочно, но когда ударили из всех видов оружия – земля задрожала под ногами. Я скорее понял, чем почувствовал, что ранен – винтовка выпала из правой руки, а жгучая боль обожгла локоть. Уже в медсанбате я узнал, что бригада заняла высоту…»
После тяжёлого ранения – четыре месяца в госпитале, вторая группа инвалидности, комиссован. Но дома работать было некому. Вернувшись в Яр-Сале, Анатолий Яковлевич возглавил производство в артели «Заполярная». Артельщики шили кисы, малицы и армейское обмундирование для фронта.
Позже медицинская комиссия признала его годным к военной службе. После двух месяцев подготовки в Бийске, в запасном полку связи, в январе 1945 года он был направлен на фронт под Варшаву. Оттуда до Берлина было уже недалеко.
Рассматривая удостоверения, грамоты, фотографии военных лет Анатолия Яковлевича Аксёнова, журналист дословно записал в блокнот:
«Приказом Верховного Главнокомандующего Маршала Советского Союза И.В. Сталина от 4 марта 1945 года № 288, за отличные боевые действия при прорыве обороны немцев восточнее г. Штатгард и выходе на побережье Балтийского моря в районе г. Кальберг красноармейцу Аксёнову Анатолию Яковлевичу объявить благодарность».
Сколько их, пожелтевших грамот, фотографий, справок на получение медалей хранят фронтовики в семейных альбомах? И они дороги им не меньше, чем боевые ордена и медали. У А.Я. Аксёнова хранились справки на получение медалей «За освобождение Варшавы», «За взятие Берлина». А медаль «За освобождение Кавказа» не догнала его в госпитале.
Бывший гвардии рядовой Анатолий Яковлевич Аксёнов после войны работал бухгалтером в районном сельхозуправлении, сельхозинспекции, звероловеневодческом совхозе, Яр-Салинском рыбкоопе, районном узле связи. С 1979 по 1985 год – охранник отделения Госбанка. Трудился честно, добросовестно, как и подобает солдату армии труда. Нет-нет да после кино о войне поспешит закурить и, затянувшись два-три раза, передаст папиросу идущему рядом – как бывало в окопах под Орджоникидзе, Варшавой, Берлином.
«О Берлине у Анатолия Яковлевича была своя память. На групповом снимке на обратной стороне написано: «Память о Берлине. Боевые товарищи, участники взятия Берлина». Ниже – тем же почерком: «Клянусь сохранить память о вас, пока будет биться сердце в моей груди. Река Эльба. Май 1945 г.»
Нет, не забывал Анатолий Яковлевич своих боевых товарищей – Тихонова из Подмосковья, Лабко с Украины и других. Не забывал потому, что не желал, чтобы девятнадцатилетние уходили на войну. Девятнадцатилетним надо встречать туманные рассветы в росистых лугах да будить лирическими песнями дали зоревые».
Награждён орденом Отечественной войны II степени, медалями «За боевые заслуги», «За Победу над Германией», «Ветеран труда» и многими другими.
Такие люди, как Анатолий Яковлевич Аксёнов, – настоящие победители. Они прошли огонь и воду, теряли товарищей, но сохранили в сердце память и передали нам главное: мир нужно беречь.
По материалам газеты «Правда тундры», 1971 год, и архивных данных
