Елена с мужем несколько лет назад были вынуждены переехать жить в поселок из-за падежа оленей, а вскоре из-за закрытия оленеводческого предприятия «Ямальское» остались без работы.
— Вот, сегодня погода хорошая — так тепло. Сразу представляешь, чем бы занимались в тундре в такие дни. Столько дел: дрова пилишь — и совсем не в тягость. Это же все для себя, для своих родных. Ходишь за водой на озеро. Муж за оленями едет, сыновья ему помогают, им очень нравилось. С девочками по хозяйству хлопочем. А еще — день становится длиннее, раньше светает, позже вечер наступает, — так и просятся душа и сердце собеседницы Елены в тундру, на родные просторы.
2018 год перевернул с ног на голову жизнь пастухов, чумработниц МОП «Ямальское» и многих кочевников Сеяхинской тундры. Предприятие закрылось, а тундровики, кто как мог, начали дальше жить: одни поставили чум в тундре, пытались ловить рыбу и этим выживать, другие сплотились между собой или перешли в общины. Семья Юрия и Елены Окотэтто с детьми некоторое время жили в тундре, но оставшихся оленей не хватало, чтобы каслать. Поэтому взрослые приняли решение переехать в поселок. Супруги проработали в 4-ой бригаде оленеводческого хозяйства много лет. Всегда, как и многие другие, трудились на совесть.
— Очень трудно было привыкать к поселковой жизни, — вспоминает Юрий Окотэтто, — одно, когда ты приезжаешь по делам из тундры — закупился продуктами, бензина взял и поехал домой, в чум, к оленям.
Тундровика без образования, без опыта работы не ждут с распростертыми объятиями в поселке, но нужно было содержать семью.
— Каждый труд важен! Я работаю дворником — ничего постыдного в этом не вижу. Чищу снег во дворе детского сада. Я знаю, что приношу пользу, зарплата есть — я обеспечиваю своих родных. На большой доход в принципе не рассчитываю, ведь у меня нет образования. Я вырос, чтобы жить в тундре, я выбрал тот образ жизни, но судьба распорядилась немного по-другому, — говорит Юрий, житель с. Сеяха.
Елена работает фасовщицей в магазине. Сначала вышла на замену, но, увидев ее трудолюбие и аккуратность, руководитель оставила женщину на постоянном месте. Школьники живут в интернате, старшая дочь замужем, есть в семье и студент.
— Нам глава поселка выделил комнату в общежитии — конечно, хорошо, спасибо ему, но там с детьми жить мало места, поэтому они в интернате. В соседних комнатах постоянный дым сигарет. Забираем детей на выходные, у них одежда пропитывается запахами — потом ходят социальные службы, проверяют нас. Мы даже не курим. Хочется сказать огромное спасибо супругам Юле Яптик и Коле Лаптандер. После переезда мы у них жили. А у них всегда дом полон людей. Бывает до 30-ти человек, всем находится место, — рассказывает Юрий.
Летом Юрий и Елена ставят свой родной чум недалеко от поселка, там у них есть возможность заниматься своими тундровыми делами: шить, скоблить лапы, мастерить. Старшие дети во время летних каникул все работают в трудовых отрядах, собирают мусор, красят. Сами, добровольно — и это замечательно. Они с детьми приучены к труду, знают, что ничего просто так не приходит и не достается. Дети также, как и родители, душой просятся в тундру. У бывших кочевников есть важенки, их пасут и охраняют родственники. Сыновья ездят смотреть оленей, помогают им. Наступит день — станет оленей больше, чтобы можно было перемещать чум на новое место, и они снова поедут жить в тундру – поставят чум, надеются члены семьи Окотэтто.
Антонина Серасхова, внештатный корреспондент газеты «Время Ямала»
